+7-495-685-95-83
Обратный звонок
г. Москва, Ленинградский проспект
дом 80 корпус 1, кабинет 10
 Бессрочная Лицензия от 03.03.2011 Серия ААА № 000850 Регистрационный № 0838. Свидетельство о государственной аккредитации от 13.09.2012 Серия 90А01 № 0000209 Регистрационный № 0207.

ЧТО ЗАЩИЩАЛИ СОВЕТСКИЕ ЛЮДИ

ЧТО ЗАЩИЩАЛИ СОВЕТСКИЕ ЛЮДИ

ЧТО ЗАЩИЩАЛИ СОВЕТСКИЕ ЛЮДИ

Победу СССР в Великой Отечественной войне предопределила группа взаимосвязанных факторов и условий. Они неравнозначны по своему характеру и роли. Поэтому недопустимы их абсолютизация, переоценка одних, недооценка, или игнорирование других.

Бесспорно, существенную роль сыграли пространства страны, ее огромные материальные и людские ресурсы, помощь союзников, просчеты противника. Но главная заслуга в победе принадлежит советскому народу. Именно он сплотился перед общей бедой, забыв, или отодвинув в тень свои обиды и невзгоды.

Германское нашествие вызвало у народа патриотическое чувство огромной силы, мощное сопротивление агрессору и непоколебимую веру в победу над ним. На борьбу поднялись все: стар и млад, мужчины и женщины, все нации и народности СССР. Современник событий, писатель М.М. Пришвин 5 июля 1941 г. записал в своем дневнике: «Весь народ поднялся».

Труден и долог был путь к Победе. Но наш народ, его славные Вооруженные Силы доблестно выдержали выпавшие на их долю суровые испытания, проявили беспримерное мужество и массовый героизм в борьбе с жестоким врагом.

Чем был вызван такой взрыв патриотизма советских людей? Что они защищали в годы Великой Отечественной войны?

Вопросы эти сегодня чрезвычайно запутаны. Прежние постулаты, ставшие стереотипами о том, что народы СССР «защищали советскую социалистическую Родину», «защищали идеалы социализма» - в результате распада СССР, изменений в общественном строе России и других бывших советских республик утратили во многом прежнюю убедительность, а новых, достаточно вразумительных ответов пока не дано. Несомненно, что поставленные вопросы требуют глубокого и всестороннего рассмотрения с учетом всех сложностей и противоречий.

Патриотизм - это любовь к Родине, неразрывная духовная связь человека с благополучием и невзгодами своего народа. В России, в Советском Союзе, ему всегда был присущ активный, деятельный характер. Именно в действии происходила трансформация чувств и идей патриотизма советских людей в конкретные дела. Накануне, во время войны и после ее окончания государственный патриотизм проявлялся неравнозначно. Именно в годы Великой Отечественной войны он достиг наивысшего развития. Стремление отстоять независимость страны, родную землю, свой очаг было неукротимым, получало в это суровое время неуклонное развитие и усиление.

И это не было случайностью, ибо патриотизм нашего народа в годы войны имел глубокие исторические корни, обладал устойчивой социальной природой и опирался на прочные традиции. Он питался и усиливался характером этого бескомпромиссного противоборства - войны против нацистской Германии, войны Отечественной, справедливой, народной.

Советские люди воочию ощутили огромную опасность, которую нес германский фашизм, развязавший 22 июня 1941 г. против народов Советского Союза неспровоцированную, агрессивную и несправедливую войну.

Фашизм угрожал многим государствам и народам. Но степень угрозы была отнюдь не одинакова. Для таких государств, как Великобритания, Франция, США, поражение во второй мировой войне означало бы коренное изменение соотношения сил в мире, перекройку геополитической карты, потерю части собственной территории, колоний, зон влияния, источников сырья и рынков сбыта. Иными словами, для крупных западных держав речь шла о национальном и геополитическом поражении. Однако их социально-политическое устройство, как свидетельствует опыт оккупированных агрессором стран Европы и Азии, осталось бы прежним.

Иное дело Советский Союз.

Для его народов поражение в войне означало бы не только национально-государственную, но и социальную катастрофу. Поражение вело к отторжению значительных территорий и раздроблению СССР, превращению ряда регионов в колонизационное поле с насильственной германизацией одной части населения и переводом в разряд неполноценных людей - другой. При этом в ходе завоевательного похода вермахта значительная часть населения подлежала физическому истреблению.

При подготовке «войны мировоззрений» против Советского Союза имелось в виду нечто большее, чем военно-техническое планирование. О варварских, чудовищных планах руководства нацистской Германии в войне против Советского Союза свидетельствует множество документов и фактов.

На совещании командного состава 30 марта 1941 г. Гитлер уже не оставил никаких сомнений в том, что речь идет о «борьбе на уничтожение». В соответствии с этим в военных директивах подчеркивалось, что война против России должна вестись «с неслыханной жестокостью». Верховное командование вермахта уже тогда заявило о своем согласии с тем, что рейхсфюрер СС будет «самостоятельно и под личную ответственность» выполнять «особые задания фюрера» в районе боевых действий сухопутных войск.

За действия против «вражеских гражданских лиц», как отмечалось в указе о ведении военного судопроизводства от 13 мая 1941 г., «не будет обязательного преследования, даже если деяние является военным преступлением или проступком...».

В планах по хозяйственной деятельности и продовольственному снабжению в захваченных областях для многих миллионов людей была предусмотрена голодная смерть: «При этом, несомненно, будут голодать десятки миллионов людей» (заседание госсекретарей от 2 мая 1941 г.). «Несколько десятков миллионов человек на этой территории станут лишними и умрут или будут вынуждены переселиться в Сибирь («Экономический штаб “Ост» от 23 мая 1941 г.)».

Совершенно очевидно, что для советских людей речь шла о самой судьбе их страны, о том, жить нашему Отечеству или не жить. И ни какие территории СССР не смогли бы сохранить даже видимость независимости. Неизбежным было одно: истребление генофонда многонационального государства, уничтожение социально-экономических основ и политического уклада, существовавших перед войной в стране, ликвидация государства, захват его земель, рек, озер, морей и недр. Эта перспектива была очевидна.

Советские люди осознали это уже в самом начале войны. И тогда стало ясно, что чувство большой, единой Родины не является только суммой “малых”, оно значительно богаче, сильнее, насыщеннее. Это чувство не только потрясло, но и объединило в общей ненависти к врагу и общем порыве людей различного социального происхождения и положения, различной национальности. И русских и казахов, украинцев и грузин, белорусов и узбеков, - все народы, нации и народности, Советского Союза. Это с предельной глубиной было выражено в песне 1941 г. словами “вставай, страна огромная, вставай на смертный бой...”

Одна из главных причин всенародного подъема народа, его готовности к борьбе и победе состояла в том, что граждане СССР в своем большинстве были сторонниками социалистического строя с его принципом социальной справедливости. Они смогли убедиться в этом, получив право на труд, бесплатное образование и здравоохранение, на отдых и доступ к достижениям науки и культуры.

Подобного не было ни в одной стране Запада, подвергшейся германской агрессии. Характерным тому является пример Франции, которая оказывала сопротивление агрессорам всего лишь 40 дней. Здесь и политическое руководство страны, и народ не стали единой силой, противостоящей фашистской Германии.

В Советском Союзе доминанта общественного настроя, общественного мнения, общественного сознания военных лет представляется несомненной - война справедлива, все для фронта, все для победы.

Система доказательств здесь легка и в то же время затруднительна. Сам по себе этот настрой считался настолько очевидным, что не требовал аргументации. Отсюда и трудность - доказывать народный характер войны долгое время считалось равносильным тому, что утверждать, будто белое есть белое, а черное есть черное.

Аксиома не нуждается в доводах, однако надо обосновать, что мы имеем дело именно с аксиомой, а не с теоремой, требующей доказательства. Но подтвердить ту истину, что большинство народа осознавало необходимость сосредоточения всех сил для разгрома врага, вряд ли можно путем каких бы то ни было социологических опросов. Это способно доказать только поведение людей, их действие, в котором и находит проявление их массовое сознание.

Безусловно, в народном сознании господствовал государственный патриотизм, ибо система ценностей советского общества, советского строя, как уникального тогда в мире жизнеустройства, разделялась большинством населения. Однако, неправомерно замалчивать, как это нередко делалось ранее, наличие иного отношения к войне, которое имело довольно много заметных проявлений. Например, антисоветские и пронемецкие настроения имели место на оккупированной территории, которые часто на деле выливались в пособничество и сотрудничество с врагом. На всей основной территории страны подобные взгляды не могли, естественно, высказываться открыто, ибо их носители карались по законам военного времени.

Были и такие среди советских людей, кто открыто не выступал против войны, но вместе с тем и не хотел принимать в ней участия. Такие граждане все делали для того, чтобы отсидеться в тылу, противились отправке на фронт, а если, вопреки своей воли, одевали военную форму, то при любом удобном случае стремились дезертировать.

Среди противников государственного строя СССР, желавших во время войны поражения своей стране и победы Германии, были националистические элементы, представители господствовавших в дореволюционное время классов и социальных групп, разного рода противники советского строя.

Не следует забывать, что война началась, когда еще не прошло и четверти века со времени окончания революции и гражданской войны, а за несколько лет до войны в стране имели место необоснованные репрессии.

Необходимо учитывать и то обстоятельство, что перед войной в состав СССР были приняты три прибалтийских республики, западные территории Белоруссии, Украины и Молдавии, часть граждан которых была настроена против советской власти.

Подобным настроениям в известной мере способствовали раскулачивание и выселение отдельных категорий сельских жителей в северные и восточные районы, репрессии 30-х гг. и связанная с ними обстановка подозрительности и страха.

Эти явления, а также определенные социальные болезни, трудности и дефекты советского строя породили у части населения своеобразную раздвоенность сознания, о чем писал в конце своей жизни К.Симонов: «...тогда одновременно существовало словно не одно, а два соседних и разных времени. Одно явное и понятное, с полетами через полюс, с революционной помощью Испании, с ненавистью к фашизму, с пятилетками, с работой до седьмого пота, с радостной верой, что выше и выше поднимаем страну, с любовью и дружбой, с нормальными людскими отношениями; и тут же рядом - только ступи шаг в сторону - другое время, страшное и с каждым днем все более необъяснимое...».

Эту сторону истории государства и народа невозможно замолчать или забыть. Но все же главным руслом течения истории в военную пору оказались жизнь и борьба людей, сплотившихся для обороны Отечества, защиты ценностей, всем понятных и близких.

Сложившийся к началу войны социально-политический строй для большинства граждан представлялся законным и естественным. Юридически он закреплялся принятой конституцией и всеобщими выборами в Верховный Совет СССР, в региональные и местные советы, психологически - уверенностью в прочности государства, одержавшего победы над всеми врагами, и убежденностью в правильности поставленных партией и правительством ближайших и перспективных целей.

Преобладающей части населения сложившийся строй и образ жизни, несмотря на многие очевидные недостатки, представлялись справедливыми и лучшими в мире, а социальные принципы и тенденции у большинства вызывали симпатию. Носившие справедливый характер и вошедшие в быт бесплатные образование, медицинское обслуживание, практически бесплатное жилье и т.д. и т.п. - были наглядны и убедительны. Очевиден был и рост международного авторитета СССР.

Всеобщий невысокий по сравнению с западными странами уровень жизни объясняется рядом обстоятельств: в отсталой стране народ совершил революцию, ликвидировал эксплуататоров, отбил натиск интервентов, преобразовал страну, создав современную индустрию и культуру. Все это требовало не только неимоверных усилий и затрат, тем более в условиях непрестанных происков извне, но осуществлялось во имя светлой цели - построения общества социальной справедливости.

Массовому сознанию импонировало, что во всех звеньях государственного, партийного, хозяйственного, военного руководства преобладали представители трудовых слоев, которые получили реальную возможность «выйти в люди» - стать профессорами и доцентами, артистами и писателями, офицерами и генералами, инженерами, конструкторами и руководителями предприятий, советскими и партийными работниками. Положительно воспринималось и отсутствие открытой безработицы, всемерно демонстрировавшееся уважение к людям труда, к их производственным достижениям, не говоря уже о почете, которым окружали ударников и стахановцев.

Таким образом, поддержка народом советского строя имела достаточно определенную идеологическую и социально-экономическую базу. На нее опирались и внутренняя, и внешняя политика, и оценка происходивших событий большинством граждан.

На протяжении почти двух десятилетий основой воспитания советских людей были идеи марксизма-ленинизма. В системе образования, в общественных организациях, средствах массовой информации широко пропагандировались лозунги о неизбежности победы социализма во всем мире, о том, что СССР является оплотом трудящихся всех стран в их борьбе против эксплуататоров. Это глубоко проникло в сознание масс, и готовность выступить в защиту трудящихся других стран была достаточно велика.

Идеи освобождения народов от векового гнета, установления равенства и братства трудящихся упали на благодатную почву - вера в историческую миссию России, призванной способствовать благу других народов, была традиционно сильной.

Со второй половины 30-х годов на первый план в идеологической работе выступили идеи государственно-политического характера. Страна запела «Песню о Родине». В основе патриотического воспитания упрочилось понятие о Родине как Отечестве, объединяющем все народы страны. Ядром Родины была Русь, сплотившая, как потом, в годы войны, будет записано в гимне, все народы в нерушимый союз. Всемерно культивировалась мысль об исконной дружбе всех народов страны, необходимости их совместной борьбы против иноземных захватчиков.

Обращение к этим идеям, к историческому опыту защиты Отечества не было случайным. Готовность советского народа защитить свою страну, свои завоевания, прошлое и будущее дышала тысячелетней историей России, выражала космическое чувство Евразии (хотя об этом и не говорили), особенности цивилизации, возникшей и сложившейся в постоянной борьбе с врагами на Западе, Востоке и Юге.

Политическое руководство страны понимало тогда, что самые глубокие истоки и корни патриотизма народов СССР в многовековом прошлом России. Война это подтвердила и еще раз показала, что подвиг советского народа - задан генетической матрицей российской цивилизации, которая сложилась в XV-XVII вв. Корни же еще глубже. Этот подвиг был порожден и типом человека и типом общества, которые формировались в Евразии две тысячи лет, в том числе и всеми проходившими здесь войнами. Оттачивались такие черты народа, как верность Отечеству, долгу, самоотверженная дисциплина, полное самопожертвование, огромная сила энергии, стойкости и напора, которое в наибольшей степени оказались пригодными для войны, для подвига.

Таким образом, в результате органической взаимосвязи и взаимодействия рассмотренных выше обстоятельств и факторов, во-первых, возник естественный сплав идей и чувств патриотизма и интернационализма. Любовь к Родине базировалась не на высокомерии и презрении к другим народам, а на стремлении к дружбе, равноправию, на уважительности, желании помочь им встать на путь национального раскрепощения. Об этом говорилось в одном популярном стихотворении, написанном в 1939 г.:

Мы шагнули от наших границ,

Не для того, чтоб нас боялись,

Не для того, чтоб падали ниц,

А - во весь рост выпрямлялись.

Возможность и эффективность сочетания национального и интернационального убедительно показали испанские события 1936-1939 гг. СССР помогал республиканской Испании бороться против итало-германской агрессии, укрепляя тем самым собственную безопасность. Но одновременно поддержка республиканской Испании порождала надежды на социалистические преобразования на Пиренеях. И события в районе Халхин-гола, и возвращение Западной Украины, Западной Белоруссии, Бессарабии, и вхождение Литвы, Латвии и Эстонии в состав СССР запечатлевались в сознании народа как решение двуединой задачи: укрепление СССР и освобождение трудящихся от капиталистического гнета.

Однако, во время войны, особенно в ее первый период, акценты сместились в сторону государственного патриотизма. Эта идея приобрела новое звучание, нараставшее с каждым месяцем. Речь шла об освобождении народов от фашистского ига, о решающей роли Советского Союза в спасении человечества.

Усиление этой линии не противоречило государственно-патриотическому направлению. Напротив, сплав становился еще более прочным, ибо победа СССР, рост его авторитета на мировой арене неоспоримо подчеркивали величие и мощь советского государства. Этому способствовало и то обстоятельство, что к концу войны антифашистское освободительное движение в странах Центральной и Юго-Восточной Европы под влиянием побед Красной Армии стало приобретать народно-демократический, социалистический характер.

Во-вторых, в массовом сознании патриотизм отдельных народов слился с патриотизмом общесоюзным. Это отнюдь не простое сочетание осуществлялось благодаря наличию общего знаменателя - власти Советов и руководящей роли Коммунистической партии.

Чаще всего встречающееся суждение - народ защищал Отечество, Россию от чужеземного вторжения - правильно, но неполно. Стремление к защите своего Отечества, своего очага свойственно практически всем народам. Но применительно к СССР этот вопрос нуждается в уточнении.

Возникла триада - патриотизм отдельных народов, признание русских «старшим братом» и «чувство семьи единой». Этот сплав для той поры оказался надежным, эффективным. Каждый народ, защищая себя от порабощения, вместе с другими народами защищал единую Родину, Советский Союз, в составе которого узбеки и казахи, татары и чуваши, многие другие народы обрели свою государственность, создали свою промышленность, получили возможность для развития своего языка, национальной культуры, подготовки национальных кадров и т.д.

К сожалению, этот “сплав” подвергался коррозии, что проявилось в депортациях в 1944 г. калмыков, крымских татар, чеченцев, ингушей, балкарцев, карачаевцев и некоторых других народов. Депортации осуществлялись в военное время в связи с определенными обстоятельствами и как “мера наказания” за пособничество фашистским оккупантам.

В-третьих, патриотизм в годы Великой Отечественной войны воплотил в себе, как в фокусе, бесценный исторический опыт народов России по защите Отечества, краткий по времени, но богатый по социальному содержанию опыт строительства нового, социально-справедливого общества, а также конкретный опыт вооруженной защиты Отечества в 1941-1945 гг.

О характере и направлении формирования общественного сознания в СССР в годы войны, развитии идей и чувств патриотизма, его действенности и направленности можно судить по докладам и приказам И.В.Сталина в это суровое время. Они являлись как бы мировоззренческими и идеологическими ориентирами, к тому же излагались в наиболее приемлемых, близких широким массам понятиях.

3 июля 1941 г. в своей первой с началом войны речи И.В. Сталин подчеркивал мысль о единстве народов страны на социально-политической основе. Враг, говорил он, «ставит своей целью восстановление власти помещиков, восстановление царизма, разрушение национальной культуры и национальной государственности ... свободных народов Советского Союза».

6 ноября 1941 г. он снова говорил о силе и прочности советского строя, о «нашем социалистическом государстве». В этот день Сталин достаточно резко охарактеризовал российский царский режим, попиравший права рабочих, интеллигенции, права народов, устраивавший «средневековые еврейские погромы». Национал-социалистическую партию Германии он называл партией «империалистов», притом наиболее хищнических и разбойничьих среди всех империалистов мира! Аналогично он характеризовал немцев и 1 мая 1942 г., говоря о немецких банкирах и плутократах, реакционерах-крепостниках. И в дальнейшем оценка социально-политической сущности нацизма давалась в таком же духе.

Не подлежит сомнению, что положения о советском социалистическом строе, его достижениях последовательно проходили через сталинские материалы в течение всей войны. Пожалуй, к концу ее эта направленность даже усилилась. В ноябре 1944 г. Сталин говорил: «Социалистический строй, порожденный Октябрьской революцией, дал нашему народу и нашей армии великую и непреоборимую силу».

В социально-политическом контексте следует рассматривать и многочисленные высказывания Сталина о дружбе народов, рожденной советским строем, о советском патриотизме. Например, такое: «В советском патриотизме гармонически сочетаются национальные традиции народов и общие жизненные интересы всех трудящихся Советского Союза». В своих выступлениях Сталин постоянно упоминал имя В.И.Ленина, говорил о роли Коммунистической партии.

Отчетливо и сильно в выступлениях Сталина звучал тезис об особой роли русского народа. Появился он в самый тяжелый, критический момент войны - осенью 1941 года.

6 и 7 ноября в выступлении на торжественном собрании и в речи на параде Сталин говорил о великой русской нации - «нации Плеханова и Ленина, Белинского и Чернышевского, Пушкина и Толстого, Глинки и Чайковского, Горького и Чехова, Сеченова и Павлова, Репина и Сурикова...” в числе прочих. Напомнив о «мужественном образе наших великих предков», Сталин назвал имена и выдающихся русских полководцев - Суворова и Кутузова.

Идея о выдающейся, ведущей, особой роли русского народа получала в ходе войны все большее значение и звучание. Она неизменно развивалась в многоплановой пропагандистской деятельности. В концентрированной форме эта мысль была выражена Сталиным в выступлении на приеме в честь командующих войсками 24 мая 1945 г.

Понятие «старший брат” в годы войны воспринималось как само собой разумеющееся. Жизненные реалии, показывающие решающий вклад русского народа в достижение победы, были у всех на виду. К тому же, первым заговорил о «старшем брате» не русский, а грузин.

Огромное и нараставшее в годы войны отражение в официальных материалах получила идея освобождения народов от нацизма. Высказанная вначале как одна из главных целей Отечественной войны, эта идея по мере приближения войск Красной Армии к границам СССР и вступления их в пределы восточноевропейских стран наполнялась конкретным содержанием. Неустанно повторяя мысль о помощи народам Европы в их освобождении от фашизма, Сталин говорил и о невмешательстве в их внутренние дела.

Важно подчеркнуть, что с самого начала войны в пропагандистском спектре непрерывно нарастала идея славянского единства, которая в народе была всегда популярна и представлялась достаточно реальной, ибо большинство славянских стран оказалось под пятой нацистов. Исключение составляли Болгария и Словакия, но в Словакии в 1944 г. вспыхнули широкие антифашистские восстания, а в Болгарии значительное партизанское движение облегчило в сентябре 1944 г. бескровное вступление на ее территорию Красной Армии.

Свою роль в этом сыграли также положительные изменения во взаимоотношениях государства и церкви, поддержка патриархом Сергием, всей русской Православной Церковью и духовенством других конфессий справедливых целей войны, что не только укрепляло патриотические настроения среди верующих внутри страны, но и придавало ей «респектабельность» за рубежом.

Таким образом, ответ на вопрос, «что защищали советские люди в годы войны», включает в себя широкий спектр положений, отражавших социально-политическое, идеологическое и национальное своеобразие СССР, его исторические корни, традиции народа и характер Великой Отечественной войны.

В таких странах как Германия, Япония, Франция, Англия, Италия, доминировала одна идея - национальная. В США оказалась действенной идея государственного патриотизма.

Для Советского Союза с его уникальной спецификой и особенностями социально-политического развития требовалась иная модель, в которой сливались бы различные линии и направления общественного устройства и развития. И эта модель, возникшая на рубеже 20-30- годов, выдержала военные испытания, еще более укрепилась в суровые годы Великой Отечественной войны.

Это стало одним из основных факторов, почему все народы СССР, практически все слои населения страны воспринимали войну против фашистской Германии как войну справедливую, священную, Отечественную. «Никогда еще 180 млн. жителей, - писал французский военный историк Р. Гудима, - населяющих 22 млн. кв. км советской территории, не были столь тесно связаны общей судьбой. Никогда еще представители различных профессий не были так крепко спаяны, как в эту войну. Рабочий на заводе, крестьянин в поле, выдающийся писатель и художник, артист армейского театра, священник, стоящий во главе партизан, все - мужчины и женщины как в тылу, так и на фронте и даже за линией фронта - все работали для победы».

Трудно не согласиться с мнением зарубежного историка.

 

 

ПРОНЬКО Валентин Адамович,

кандидат исторических наук, профессор,

Почетный работник высшего профессионального образования

Российской Федерации,

член Союза журналистов г. Москвы,

Ветеран Вооруженных Сил

проректор Московского института предпринимательства и права

 

 

Возврат к списку